.

Thursday, August 27, 2015

АРКАДИЙ ПОПОВ. КРЫМСКИЕ МИФЫ. НАБРОСКИ К КРИТИЧЕСКОМУ АНАЛИЗУ КРЫМНАШИЗМА. МИФ №5. ОБ ИСКУССТВЕННОСТИ УКРАИНСКОГО ГОСУДАРСТВА





Этот миф объясняет, почему от Украины можно отгрызать куски, не нарушая при этом её территориальной целостности. Объяснение простое: никакой территориальной целостности у Украины нет, потому что она не является настоящим государством! А то, что признано за таковое всеми странами и всеми международными организациями — это «искусственное» образование.
«Ты же понимаешь, Джордж, что Украина — это даже не государство! Что такое Украина? Часть её территорий — это Восточная Европа, а часть, и значительная, подарена нами!»[1] — так, по данным газеты «Коммерсантъ», ещё в 2008 г. убеждал наш Путин американца Буша-младшего не относиться к Украине всерьёз. Это подтвердил и тогдашний глава МИД Польши (ныне спикер польского сейма) Радослав Сикорский: «в Бухаресте Владимир Путин прямо сказал, что Украина — это искусственное государство, конгломерат земель России, Румынии, Венгрии и Польши»[2].
Позже, в 2014 г., Путин уточнил, что именно было «подарено» Украине: «После революции большевики по разным соображениям, пусть Бог им будет судья, включили в состав Украинской союзной республики значительные территории исторического юга России. Это было сделано без учёта национального состава жителей, и сегодня это современный юго-восток Украины»[3]. А затем «часть территорий была прирезана к Украине как результат Второй мировой войны. Часть отрезали от Польши, от Венгрии, по-моему. Львов каким был городом, если не польским?»[4].
Жаль, что Владимиру Владимировичу не сообщили, каким городом был до Второй мировой войны Калининград. Пусть бы кто-нибудь ему рассказал, что до войны Калининград (точнее, Кёнигсберг) был германским городом. А Выборг (Виипури) — финским. А Южно-Сахалинск (Тоёхара) — японским. А Кызыл — тувинским. Он, правда, и сейчас тувинский, да только до 1944 г. сама Тува не была российской, она была независимой Тувинской Народной Республикой. Не была российской и Карелия с 1940 по 1956 гг., когда звалась Карело-Финской ССР. А потом она стала Карельской АССР, и её прирезали к России. И что, Россия тоже, по Путину, — «не государство»?
О том, как большевики «включали в состав Украинской союзной республики территории исторического юга России», мы поговорим чуть позже. А для начала заметим, что принципиальных различий в способах формирования нынешней Российской Федерации и нынешней Украины обнаружить невозможно. Обе страны были учреждены путём суверенизации союзных республик — РСФСР и УССР, которые после революций 1917 г. склеивались из обломков Российской империи, а потом подклеивались кусками соседних стран и областей, а где-то, наоборот, и «урезались» в пользу соседей. Путин упрекает большевиков, будто бы включивших в Украину «значительные территории», что они не учли национальный состав жителей. Но для начала этот упрёк ему стоило бы адресовать тем большевикам, которые в годы Гражданской войны включили в РСФСР громадные территории Северного Кавказа и Туркестана с преобладающим нерусским населением, в том числе уже объявившие о своей независимости[5].
Позже, в 1924 и в 1936 гг., туркестанские территории были от РСФСР отделены[6], а вот с северокавказскими этого не случилось. В созданной в феврале 1918 г. независимой Кубанской народной республике численно преобладали украинцы (по переписи 1897 г. их в Кубанской области было 47%, а великороссов — 43%[7]). Однако после разгрома республики в марте 1920 г. Кубань была включена в РСФСР, да так в ней и осталась (хотя даже и после «расказачивания» украинцы там оставались преобладающим этносом: в 1926 г. в округах Северо-Кавказского края, составлявших бывшую Кубанскую область — Кубанском, Черноморском, Армавирском и Майкопском, украинцев было 47%, против 45% русских[8]). Осталась в составе РСФСР и территория Горской республики, образованной в ноябре 1917 г. и охватывавшей горные районы Северного Кавказа. Горская республика была ликвидирована Деникиным в мае 1919 г., а после победы большевиков в Гражданской войне вся территория Горской республики была присоединена к РСФСР. Хотя русские составляли там крайне незначительную часть населения.
Что уж говорить о прирезанной в 1944 г. Туве, где русских было всего 15% (их и сегодня там 16%[9]), о финском Выборге и немецком Кёнигсберге. Всё-таки интересно было бы узнать у Путина про Российскую Федерацию — это настоящее государство или искусственное?
Тут, впрочем, многие крымнашисты охотно согласятся: «искусственное»! И потому-то границы его и надо выправлять в соответствии с «естественными границами» «Русского мира»! Допустим. А в какую сторону их надо выправлять, только в сторону расширения? А в горном Северном Кавказе — почему же не в сторону ужатия? Речь тут даже не о политической морали, а о политической прагматике: не опасно ли для России проповедовать такие идеи? Ведь у крымнашистов есть братья по разуму в соседних странах, например, в Китае, где в школьных учебниках по истории весь юг Сибири от Тихого океана до Томской области значится как «утраченные земли Китая»[10]. Как выглядят естественные границы Поднебесной на картах энтузиастов собирания китайских земель, можно посмотреть здесь[11]. Крымнашисты России готовы повоевать с «сибирьнашистами» Китая за правильную версию проведения «естественной» российско-китайской границы?
Общеизвестно, что вплоть до середины ХХ в. государства создавались и расширялись в основном путём завоеваний, т.е. очень даже «искусственно». В том числе и Российская империя, и Советский Союз, значительную часть внешних границ которого унаследовала Российская Федерация, а часть — и Украина. Но в крымнашистской мысли имеется на сей счёт возражение, что Украина, в отличие от России, не «сама» формировалась и расширялась, а «чужими руками» — большевиков, а потом Сталина.
Это странное возражение: можно подумать, что большевики водились исключительно в России. Ни Ленин, ни Сталин с их приспешниками не представляли Россию или русских — они представляли всё постимперское пространство, а затем весь СССР, и украинскую его часть в том числе (они хотели представлять и всю планету, но не получилось). Если говорить о первых послереволюционных годах, когда определились границы Украинской Народной республики, ставшие потом границами УССР, то из главных большевиков тех лет Троцкий и Зиновьев были выходцами с Украины, а военные руководители среди большевиков так и вовсе были чуть ли не сплошь этническими украинцами (Подвойский, Антонов-Овсеенко, Дыбенко).
И четверть века спустя, когда к Украине прирезались её нынешние западные области, среди окружавших Сталина высших политических и военных чинов было немало этнических украинцев или выходцев из Украины (Ворошилов, Жданов, Каганович, Тимошенко, Кулик, Мехлис). Но вообще очень забавно, что тот же самый человек, которые объясняет дарение Крыма Украине в 1954 г. желанием Хрущёва заручиться поддержкой какой-то супервлиятельной украинской номенклатуры — он же в другом месте крымнашистского учения уверяет, что в 40-х годах Украина не сама прирезывала к себе «трофейные» территории, а сделал это кто-то со стороны («мы подарили»).
Впрочем, на приращении западно-украинских территорий Путин и другие крымнашисты как раз не заостряют внимания, поскольку общеизвестно, что на этих территориях (Западная Волынь и Восточная Галиция) и до войны, и в более давние времена жили в основном украинцы, из чего вытекает, что те приращения как раз соответствуют националистической теории подгонки государственных границ под этнические. Иное дело — приращения на юге и востоке: именно на них в крымнашизме делается главный упор, поскольку, как установил В. Путин, «это по существу был один регион с центром в Новороссийске, поэтому назывался Новороссией. Это Харьков, Луганск, Донецк, Николаев, Херсон, Одесская область. Эти земли были в 20-е годы, в 21–22-м годах, при создании Советского Союза переданы от России Украине»[12]. Что тут можно сказать?
Во-первых, то, что Харьков никогда в Новороссию не входил, ни в каких её границах: ни в границах первой Новороссийской губернии с центром в Кременчуге (1764–1783 гг.), ни в границах Екатеринославского наместничества с центрами сперва в Кременчуге, потом в Екатеринославе (1783–1796 гг.), ни в границах второй Новороссийской губернии с центром в Екатеринославе (1796–1802 гг.), ни в границах губерний, на которые разделилось наместничество — Екатеринославской, Николаевской (Херсонской) и Таврической (1802–1822 гг.), ни в границах вновь объединившего их Новороссийско-Бессарабского генерал-губернаторства с центром в Одессе (1822–1874 гг.). Харьков входил в другую историко-географическую область, которая звалась Слобожанщиной.
Во-вторых, топоним Новороссийск произошёл от топонима Новороссия, а не наоборот, и Новороссийск появился на 33 года позже появления Новороссии, в результате переименования в 1797 г. Екатеринослава, и просуществовал этот Новороссийск всего 5 лет. И не было у Новороссии постоянного центра: с течением времени её территория расширялась к югу и соответственно смещались на юг её центры — от Кременчуга до Одессы, и дольше всех в этом качестве пробыла Одесса, а не Екатеринослав (и уж тем более не Екатеринослав в версии Новороссийска).
Ну и, главное, земли Новороссии никто Украине от России не передавал — ни в 1921-22 годах, ни раньше, ни позже. Судя по всему, Путин слышал звон, может быть, даже два звона, распространяемые среди крымнашистов, но не очень разобрался в них.
Первый звон относится ко времени Гражданской войны, когда в составе Советской России были учреждены Одесская советская республика и Донецко-Криворожская советская республика, территории которых будто бы потом были переданы Украине. Но и ОСР, и ДКСР были учреждены (первая 31 января 1918 г. по н.ст., вторая 12 февраля 1918 г. по н.ст.) на территориях, уже входивших в состав независимой (с 22 января по н.ст.) Украинской народной республики.
Ещё 7 ноября 1917 г. территория УНР была Универсалом её Центральной Рады объявлена в границах 8 с половиной губерний Российской империи, заселённых преимущественно украинцами: Киевской, Подольской, Волынской, Черниговской, Полтавской, Харьковской, Екатеринославской, Херсонской и Таврической (без Крыма)[13]. Провозглашённые спустя три месяца ОСР и ДКСР стали притязать на южные и восточные части этой территории, но никто и не скрывал при этом, что провозглашались они в пику уже существовавшей УНР — и не потому, что она была «украинской» (а не «русской»), а потому, что она была «буржуазной», а небольшевицкой.
В начале декабря, задолго до учреждения этих «республик», В. Ленин в направленном в Киев от имени Совнаркома документе под названием «Манифест к украинскому народу с ультимативными требованиями к Украинской Раде» писал: «Мы, Совет Народных Комиссаров, признаём народную Украинскую республику, её право совершенно отделиться от России или вступить в договор с Российской республикой о федеративных и тому подобных взаимоотношениях между ними»[14]. То есть УНР как государство Ленин признавал (пусть и на словах). Но его не устраивала «антисоветская политика» Центральной Рады УНР, выразившаяся «в непризнании Радой Советов и Советской власти на Украине» и в том, что «Рада оказывает поддержку кадетски-калединскому заговору и восстанию против Советской власти»[15]. Вождю большевиков нужна была советская Украина.
И когда стало ясно, что УНР советской становиться не хочет, начались действия по её подрыву. Сперва большевики попробовали перехватить власть в Киеве мирным путём, с помощью созванного 17 декабря 1917 г. по их инициативе I Всеукраинского съезда советов рабочих, солдатских и крестьянских депутатов. Съезд не оправдал ожиданий — большинство его делегатов поддержали Центральную Раду. Не согласные с этим большевицкие делегаты удалились в Харьков и учредили там альтернативную «УНР Советов», которая была тут же признана Совнаркомом. Но поскольку её власть не простиралась за пределы Харьковской губернии, то в январе 1918 г. была предпринята попытка свергнуть Центральную Раду путём вооружённого восстания в Киеве. Опять неудача: восстание было подавлено. И только после этого начались захваты власти на местах и были учреждены ОСР и ДКСР (заметим: на территориях, уже как бы входивших в «УНР Советов»!)
В феврале 1918 вопрос был решён радикально: в Киев вторглись войска РСФСР и изгнали Центральную Раду из столицы Украины; позже ЦР была арестована немецкими военными. А затем и большевики были выбиты австро-германскими войсками, оккупировавшими всю территорию УНР. Перед этим ОСР и ДКСР были спешно слиты в ещё одну «республику» — Украинскую советскую (УСР), не просуществовавшую и двух месяцев. Все эти лихорадочно сменявшие и дублировавшие друг друга «советские республики» были марионетками Совнаркома и учреждались в качестве «спойлеров» УНР (некоторые даже под тем же названием, как харьковская «УНР Советов»). В отличие от них УНР, возглавляемая Радой, располагала — до захвата Киева войсками РСФСР и последовавшего за этим военно-политического хаоса — реальной властью на большей части своей территории. Если бы это было не так, у Ленина не было бы повода возмущаться в том же Манифесте «антисоветскими» действиями Рады — проводимым ею разоружением советских войск на Украине и её отказом пропускать через Украину войска, посланные воевать против Каледина.
После поражения Центральных держав в Первой мировой войне была предпринята попытка восстановления УНР, но вскоре войска большевиков начали новый поход на Украину и в феврале 1919 вновь захватили Киев. Только теперь уже никто не стал вспоминать про Одесскую и Донецко-Криворожскую «республики»: на штыках РККА была учреждена единая и формально независимая УССР. Подчеркнём: на территории, в точности совпадавшей с территорией УНР. Потом Киев ещё не раз захватывался разными армиями, но «УНРовские» границы Восточной Украины — границы Украины с Россией — никто не подвергал сомнению, и они почти не менялись.
И если сейчас восточные границы дореволюционных Харьковской и Екатеринославской губерний (они же и восточные границы УНР) наложить на восточные границы нынешней Украины, то легко убедиться, что они почти совпадают[16]. За одним исключением: в 1919 г. в Советской Украине из восточных уездов Екатеринославской и Харьковской губерний была создана Донецкая губерния, и в 1920 г. ей были переданы из РСФСР западные районы упразднённой Области войска Донского[17]. Но в 1925 г. большая часть этих районов (Шахтинский округ и юго-восточная часть Таганрогского округа) были возвращены в РСФСР[18], Украине остались пятачок к северо-востоку от Луганска (станица Луганская с прилегающей территорией) и полоска из западных и северных земель Таганрогского округа[19]. Видимо, это и был второй звон, относящийся к 20-м гг., который наш президент тоже услышал и связал с Новороссией.
Зря связал: эти земли к Новороссии не имеют отношения, они никогда не входили в Екатеринославскую губернию. Да и площадь их невелика — около 10 тыс. км2, т.е. меньше 5% площади Новороссии (суммарная территория составлявших Новороссию Екатеринославской, Херсонской, Таврической и Бессарабской губерний — 211 тыс. кв. вёрст[20], или 240 тыс. км2). И по карте видно, что эти оставленные Украине земли примерно равны по площади северным уездам Черниговской области, в 1919 г. переданным из УССР в РСФСР[21] (о чём среди крымнашистов звонить не принято). Ни Луганск, ни Юзовка (нынешний Донецк) в состав переданных из РСФСР территорий не входили, они всегда были и оставались в пределах Екатеринославской губернии.
Путин назвал Новороссию (вместе с Харьковщиной) «историческим югом России», и он прав, если под Россией иметь в виду Российскую империю (конечно, этот регион находился на юге империи). Только непонятно, что он имел в виду, говоря, что включение этого «исторического юга» в Украину произошло без учёта национального состава жителей. Если он имел в виду, что среди жителей этого обширного региона преобладали не украинцы, а русские, то ему следовало бы привести какие-нибудь цифры. Он этого не сделал — значит, придётся нам сделать это за него.
Для этого воспользуемся материалами Всероссийской переписи населения 1897 г. А чтобы предупредить упрёк, что за последующие годы картина могла измениться (индустриализация, миграция и т.д.), мы потом сравним эти данные с сопоставимыми данными переписи 1926 г.
Ниже приведена таблица численности великороссов и малороссов (точнее, лиц, назвавших своим родным языком великорусский либо малорусский язык — этническая принадлежность как таковая в Российской империи не учитывалась) в 30 уездах и двух градоначальствах пяти губерний Российской империи, покрывавших перечисленные Путиным области «Новороссии». Правда, называя центры областей, Путин не назвал Днепропетровск и Запорожье, но это он, конечно, просто забыл: Днепропетровск, бывший Екатеринослав, был когда-то, в течение 5 лет при Павле, тем самым Новороссийском, который Путин считает центром Новороссии, а Запорожье, бывший Александровск, до революции был уездным городом в Екатеринославской губернии.
В эту таблицу не включены: а) 3 северо-западных уезда Харьковской губернии — Сумский, Ахтырский и Лебединский, так как их территории в советское время вошли в Сумскую область, которую даже Путин в Новороссию не включает; б) 2 северных уезда Херсонской губернии — Елисаветградский и Александрийский, так как они составили в советское время территорию нынешней Кировоградской области, которую Путин и другие крымнашисты в Новороссию почему-то тоже не включают, хотя это как раз законная часть исторической Новороссии (наверно, потому не включают, что там проживало и проживает совсем мало русских).
Зато в таблицу включены 2 уезда Буджака (области к юго-западу от устья Днестра), так как большая часть их территории ныне входит в Одесскую область. Но Буджак лишь в 1940 г. был отнят у Румынии (вместе с Бессарабией, куда он входил) и в УНР не включался. Надо сказать, что в историческую Новороссию входила вся Бессарабская губерния (её большая часть покрывается ныне Молдавией), но Путин Молдавию в Новороссию не включает, поэтому и мы её не будем включать. А Харьковскую область, наоборот, включим, раз Путин её включает в «Новороссию». Но чтобы полученную таким образом территорию не путать с исторической Новороссией, будем называть её «Новороссией по В. Путину», или, сокращённо, «Новороссией (П)».
Вот ссылка на «Демоскоп» с нужными нам материалами переписи 1897 г., которая выводит на Екатеринославскую губернию[22]. Чтобы проверить какую-то цифру из таблицы по уездам этой или других губерний Юго-Запада Российской империи, надо выбрать в окне нужную строку.
А теперь смотрим в таблицу, дабы убедиться, что «Новороссия (П)» была в Российской империи великорусской землёй. Увы, убедиться в этом не получится: только в Севастопольском и Керчь-Еникальском градоначальствах великороссы имели абсолютное большинство и только в Одесском уезде они имели относительное большинство. Это понятно: в портовых городах (тем более таких крупных и важных, как Одесса и Севастополь) оседало много великороссов. Ещё в 4 уездах Крыма (из 5) великороссы преобладали над малороссами (но большинства, даже относительного, они там не имели — большинство во всех крымских уездах оставалось за крымскими татарами). А в остальных 25 уездах «Новороссии (П)» малороссы преобладали над великороссами, причём в 20 уездах малороссы были в абсолютном большинстве.

Табл. 1. Численность великороссов и малороссов в 1897 г.
в уездах Российской империи, покрывавших территорию «Новороссии (П)»

Источник: Всеобщая перепись населения Российской Империи 1897 г. 
Особенно неутешительна для певцов «русской Новороссии» картина на Харьковщине:77% малороссов — против 21% великороссов, причём малороссы были в абсолютном большинстве во всех уездах губернии, включая Харьковский. А в самом восточном, Старобельском уезде, соответствующем северной части нынешней Луганской области, малороссов было аж 83%.
Того, кто знаком с историей Харьковщины, эти цифры не удивят. С самого начала своего образования в 1765 г. эта губерния (включавшая Сумщину) называласьСлободско-Украинской и продолжала называться так (с перерывом на 1780–96 гг.) до 1835 г. (затем — Харьковской губернией). А чтобы узнать, что такое Слободская Украина (её называют также Слобожанщиной) — заглянем в Географический энциклопедический словарь (электронной версии этого словаря нет, поэтому даём обычную ссылку). Словарь сообщает нам, что это «историческая область в 16-18 вв. в бассейне Днепра и Дона (на территории совр. Харьковской, части Сумской, Донецкой, Луганской областей Украины, а также части Курской, Белгородской и Воронежской областей России). Возникла после присоединения бывших Чернигово-Северских земель к Русскому государству в результате войны с Великим княжеством Литовским (1500-03). Заселялась украинскими казаками и крестьянами, бежавшими от гнёта польских магнатов и селившихся слободами (отсюда название). С севера С. У. заселяли русские служилые люди и беглые крестьяне»[23].
Подчеркнём: великороссы заселяли Слобожанщину только на севере, обживая те её районы, которые и ныне входят в Российскую Федерацию. Основная же часть Слобожанщины с самого начала её земледельческого освоения в послеордынскую эпоху была землёй украинских казачьих слободских полков, селившихся в северной части безлюдного Дикого поля, южнее строившейся в XVI–XVII вв. Белгородской засечной черты, дабы защищать Центральную Россию от набегов крымцев и ногайцев. Её общины имели уклад, аналогичный укладу Гетманщины, т.е. управлялись старшиной — казачьими полковниками, есаулами и т.д. К середине XVIII в. защитная функция отпала (рубежи обороны сместились на юг), и Екатерина II заменила военно-казачье управление гражданским, выражением чего и стало учреждение Слободско-Украинской губернии.
То есть малороссы начали осваивать Харьковщину ещё в XVI в. и были впущены в Россию из Речи Посполитой не за спасибо, а для обеспечения безопасности центральных районов России. Но массовый характер заселение Слобожанщины малороссами приняло во второй половине XVII в., желающие могут подробно ознакомиться с этой страницей истории освоения Дикого Поля по книге Д. Багалея «Очерки из истории колонизации степной окраины Московского государства», в главе «Малорусская колонизация со времени Алексея Михайловича»[24]. Великороссы же наступали на Дикое Поле восточнее, силами донского казачества, на землях которого была учреждена в 1786 г. Земля войска Донского (с 1870 г. — Область войска Донского). И граница между малорусской и великорусской зонами освоения Дикого Поля примерно совпадает с восточной границей Украины.
Но только примерно. Ареалы расселения малороссов местами перехлёстывали через эту границу, поэтому в 1897 г. 28% жителей Области войска Донского были малороссами[25]. Немало малороссов было и среди жителей соседних Курскойгубернии (22%)[26] и Воронежской (36%)[27]. В Путивльском и Грайворонском уездах Курской губернии доля малороссов составляла 53% и 59% соответственно, и в 1925 г. некоторые волости этих уездов были переданы Украине. В Богучарском и Острогожском уездах Воронежской губернии доля малороссов была ещё выше — 82%и 90%; но эти районы Слобожанщины в состав Украины переданы не были. Ну, и ничего страшного.
Но вернёмся к таблице 1 и посмотрим теперь, кто проживал в 1897 г. в Екатеринославской губернии, покрывавшей большую часть нынешней Луганской области и всю территорию Донецкой, Запорожской и Днепропетровской областей. А проживали там 69% малороссов и только 17% великороссов. Причём опять-таки во всех 8 уездах губернии малороссы были в большинстве, а в 7 уездах — и в абсолютном большинстве, только в Мариупольском уезде их было меньше половины (46%). Но великороссов там было всего 14%, меньше, чем греков. Больше всего великороссов было в Славяносербском уезде (45,4% — против 50,5% малороссов). И это понятно: это самый восточный уезд губернии, совпадающий с центром нынешней Луганской области, и этот край Дикого Поля частично осваивался донскими казаками. Но после разгрома Булавинского восстания край вновь обезлюдел, и в середине XVIII в. века началась его повторная колонизация, и уже не столь великороссами, сколь малороссами, двигавшимися из Слобожанщины и от Днепра (а также переселенцами с Балкан — сербами, валахами, болгарами, отсюда топоним «Славяносербия»).
Ядро Екатеринославщины — это южная часть бассейна Днепра, где были основаны города Екатеринослав (ныне Днепропетровск) и Александровск (ныне Запорожье), и это историческая территория запорожского казачества. Запорожская Сечь, как можно узнать из любого словаря, была создана в XVI в. малороссами, уходившими за днепровские пороги от польских крепостников, и в конце века выросла в казачью военно-поселенческую общину, лишь номинально подчинённую Речи Посполитой. После Переяславской Рады Сечь перешла в подданство московского государя, а после Полтавской битвы и разгрома Гетманщины Пётр I упразднил и Запорожскую Сечь.
Но при Анне Иоанновне империя (цитируем Энциклопедический словарь Брокгауза и Ефрона), «нуждаясь в испытанном войске для охраны южных границ», вновь приняла запорожцев в своё подданство, и они «приняли на себя сторожевую службу на границах, заняв свои старые земли. Эти земли охватывали пространство нынешней Екатеринославской и Херсонской губ., за исключением Одесского, Тираспольского и Ананьевского уездов последней… Запорожье было ещё необходимо до той поры, пока опасным представлялось для России Крымское ханство. После полного разгрома последнего в войну 1769–74 гг. этой необходимости более не существовало, и… 5 августа 1775 г. издан был манифест, объявлявший об уничтожении запорожского войска и обращавший бывших его членов в мирных поселян»[28].
Часть упразднённого Запорожского войска была поселена в междуречье Южного Буга и Днестра под именем Черноморского казачьего войска, а в 1792 г. переселена на Кубань, став Кубанским казачьим войском. А степи от Днестра до Дона уже в мирном режиме обживались потомками запорожцев. В Приазовье к ним добавились греки, переселённые из Крыма накануне его присоединения, а в Причерноморье — приглашённые Елизаветой и Екатериной немецкие колонисты. Но когда была учреждена первая Новороссийская губерния, затем Екатеринославское наместничество, а потом вторая Новороссийская губерния, то центры их неизменно располагались на Днепре: сперва в Кременчуге, затем в Екатеринославе. И только в начале XIX в. возникли новые центры и на Черноморском побережье — Николаев, Херсон, Одесса, Севастополь.
Екатеринославская губерния простиралась в основном на восток и юго-восток от днепровских порогов, а на запад до Днестра и на юг до моря тянулась Херсонская губерния, включавшая часть нынешней Херсонской области, нынешнюю Николаевскую, большую часть нынешних Одесской и Кировоградской областей и часть Молдавии. Эти земли осваивались также и молдаванами, немцами, евреями, болгарами, в городах оседали и великороссы. Но в целом (даже и без учёта двух северных уездов) преобладали малороссы (41%, против 26% великороссов).
В Аккерманском уезде Бессарабии малороссы были в относительном большинстве, а в Измаильском преобладали молдаване, но это потому, что он в 1897 г. включал и заселённый молдаванами район Кагула, который теперь в Одесскую область не входит, а входит в Молдавию.
Что же касается Таврической губернии, то на Крым приходилось менее 40% её населения. Более 60% населения губернии проживало в Северной Таврии, а там во всех трёх уездах абсолютное большинство составляли малороссы, великороссов там было всего 25%. Но и в Крыму великороссов было не так много: всего 33%, это больше, чем малороссов, но меньше, чем татар.
И в итоге получается, что в конце XIX в. во всей «Новороссии (П)» на 22%великороссов приходилось 59% малороссов. Вот такая она была — «великорусская Новороссия».
А теперь посмотрим, как изменилась ситуация в «Новороссии (П)» через 30 лет, к переписи 1926 г. К тому времени в УССР были отменены губернии, и вся она была поделена на округа. Из них 16 округов плюс российская Крымская АССР покрывали тогда всю советскую (т.е. без Буджака) часть «Новороссии (П)». По ним и взяты цифры. Ссылки даём на «Демоскоп» — на Харьковский округ[29] (оттуда можно перейти и к другим округам УССР) и на строку Крымской АССР[30].

Табл. 2. Численность населения в 1926 г. в округах УССР и в Крымской АССР,
покрывавших советскую часть территории «Новороссии (П)»


Источник: Всесоюзная перепись населения 1926 года
Как видим, за 30 лет, прошедших после переписи 1897 г., картина для идеологов «русской Новороссии» стала ещё более удручающей. Только в Крыму сохранилось преобладание русских над украинцами (при этом русские стали относительным большинством, опередив татар с их 25%). В остальном ничего утешительного.Украинцы преобладали во всех 16 округах. Причём только в Одесском округе они имели всего лишь относительное большинство (41%, при 23% русских). В остальных 15 округах украинцы были в абсолютном большинстве, не исключая и округов Донбасса. В Луганском округе их было 52%, в Сталинском (Сталино — бывшее название Донецка) — 53%, а в Артёмовском и вовсе 73%. В Харьковском округе (вместе с индустриальным Харьковом) население на 70% состояло из украинцев, а о Запорожском и Днепропетровском округах и говорить нечего: украинцевтам было соответственно 81% и 82%.
В итоге получается, что в 1926 г. уже 67% жителей «Новороссии (П)» (включая Крым) были украинцами, и лишь 20% — русскими. Конечно, сказалась проводившаяся в 20-х гг. ХХ в. политика поощрения украинского языка и украинской этнической культуры, сменившая политику русификации конца XIX и начала ХХ вв. Но в общем ясно, что сказки про «(велико)русскую Новороссию» — они и есть сказки.
Вопрос: а нужно ли всё это выкладывать, не дань ли это этнонационализму, о котором так много говорено в предыдущих разделах? Нет, здесь как раз тот случай, когда при формировании границ государства приходится обращать внимание и на этнический состав населения — случай распада империи. Российская империя лопнула и пошла многочисленными трещинами смуты. Причём делилась она на безумное количество провинций (87 губерний, 12 областей и 2 округа), и только Финляндия имела субимперские структуры управления, объединявшие её 8 губерний. В такой ситуации единственный способ остановить рассыпание территории в мелкую крошку — это попытаться воспроизвести финский путь, путь надстройки государственно-политических структур над группами провинций, связанных единством преобладающего языка общения.
Так возникла Польская республика — на базе 9 привислинских губерний Российской империи и ряда польскоязычных провинций Германской и Австро-Венгерской империй, и так же возникла Украинская народная республика — на базе 9 украиноязычных губерний Российской империи. Но если Польша, пользуясь покровительством Антанты, подгребла под себя в том числе и территории, где поляки не были большинством (Восточная Галиция, Западная Волынь), то Центральная Рада при учреждении УНР оказалась в этом плане пунктуальна: она даже пошла на отсечение от Таврической губернии Крыма, поскольку украинцы в его уездах не преобладали, и не стала предъявлять права на Кубань, где казаки-малороссы лишь ненамного опережали великороссов.
Во всех же 8 «полных» губерниях и в северной части Таврической губернии, на которые была распространена юрисдикция УНР, этноязыковая ситуация не давала поводов для разночтения. Чтобы не быть голословными, приведём и эту таблицу[31](ссылка дана на Полтавскую губернию в «Демоскопе», а дальше можно выбирать в поисковом окне другие губернии и сверять цифры).

Табл. 3. Численность населения в 1897 г. в губерниях, 
составивших впоследствии территорию УНР


Источник: Всеобщая перепись населения Российской Империи 1897 г.
А теперь вернёмся к исходному пункту нашего мифа: что же означает «искусственность» Украинского государства? Неоднократные изменения его границ? Они имели место, но такова судьба почти всех континентальных государств Европы. Этническая разнородность? Она тоже имеет место, но и в ней нет ничего аномального, да и выражена она не так сильно, как, например, в России. Доля граждан титульного этноса там и там одинакова: в России доля русских (по переписи 2010 г.) —77,7%[32], а в Украине доля украинцев (по переписи 2001 г.) — 77,8%[33]. Но в России из 22% нерусского населения 20% представлены неславянскими этносами, языки которых большинству русских не понятны. А в Украине из 22% неукраинского населения 17% — это русские, язык которых для украинцев ничуть не является препятствием к общению. И думать, что политический раскол в Украине на, условно говоря, проевропейскую и пророссийскую «партии» обусловлен этническими различиями, — это сильно искажать ситуацию. Достаточно сказать, что украинские военные, воюющие на Донбассе, общаются между собой в основном по-русски[34].
Безусловно, в Украине есть проблемы с формированием общегражданской идентичности, поскольку она связана с оценками прошлого страны и её желательного будущего, а они зависят от политических взглядов украинских граждан, среди которых есть левые и правые, либералы и консерваторы, интернационалисты и националисты, глобалисты и изоляционисты. А где их нет? Но при всей политической разноголосице есть и консенсусные позиции, разделяемые большинством украинцев из всех этнических групп. Например, в сентябре 2014 г. 75% украинцев сообщили, что негативно относятся к Путину, и только 16% признались в позитивном к нему отношении. Причина такого единодушия понятна, особенно если сравнить этот опрос с опросом годичной давности, проведённым в октябре 2013, т.е. ещё до начала крымской авантюры: тогда позитивно относились к Путину 47% украинцев — втрое больше[35].
В начале декабря 1991 г., накануне Беловежской Пущи, жители всей Украины абсолютным большинством голосов высказались на референдуме за независимость «неделимой и неприкосновенной Украины», и жители так называемой «Новороссии» в этом плане не составили исключения. О Крыме и Севастополе мы уже говорили, но можно привести цифры и по другим регионам «Новороссии (П)»: в Луганской и Донецкой областях желание стать гражданами Украины выразили по 84%избирателей, в Одесской области — 85%, в Харьковской — 86%, в Николаевской —89%, в Херсонской и Днепропетровской — по 90%, в Запорожской — 91%[36].
А в октябре 2014 г. на выборах в Верховную Раду из восьми областей «Новороссии (П)», где эти выборы состоялись (Крым в выборах не участвовал), только в трёх областях партии, условно говоря, пророссийской ориентации («Оппозиционный блок», КПУ и «Сильная Украина») получили в сумме больше голосов, чем «проевропейские» партии («Блок Петра Порошенко», «Народный фронт», «Самопомощь», «Батькивщина» и «Радикальная партия Олега Ляшко»). Это — Донецкая и Луганская области (там выборы состоялись только в свободных от сепаратистов районах) и Харьковская область. В остальных областях «Новороссии (П)» победила проевропейская коалиция (в Запорожской, Одесской и Днепропетровской областях эта коалиция получила относительное большинство голосов, а в Николаевской и Херсонской областях — абсолютное)[37].
Сегодня, за вычетом Крыма и прилегающих к российской границе районов Луганской и Донецкой областей, где при поддержке России создан сепаратистский анклав, ни в одном из регионов «Новороссии (П)» нет сколь-нибудь массового желания русских отказаться от украинской гражданской идентичности. Хотя были и есть попытки дестабилизировать обстановку с помощью терактов, как правило, организуемых из-за границы. В одном только Харькове за минувший год было предпринято более 40 попыток взорвать ситуацию[38]. Но все они оказались безуспешными.
Уже одно это можно было бы счесть достаточным доводом в опровержение мифа об искусственности украинского государства (если бы этот миф вообще имел какой-нибудь смысл, кроме желания оправдать допустимость разрушения Украины под соусом «Русского мира»). Строго говоря, все вышеприведённые выкладки по части истории заселения и этнического состава «Новороссии» надо считать избыточными: мало ли кто проживал в государстве 300 или даже 100 лет назад! Но не будем забывать, что политические мифы поддерживаются не только дурным воспитанием, но и дурным образованием. И некоторая толика просвещения тут не помешает.

----------------------------------------------------------------------------
[23] Географический энциклопедический словарь. Географ. названия. Изд. 3-е. — М.: БРЭ, 2003. С. 691.